С вегетарианством у меня как то с детства не заладилось. Мама говорила: Сынок, кушай гречку, там железо! Ешь мясо, там фосфор! – лаконично добавлял отец. Про фосфор тогда было известно, что если бросить с силой об асфальт, то получится дым, свечение и прелестный запах пороха и селитры. Я представлял как буду светиться и источать легкое мужское пороховое амбре, и это казалось мне мужественным зрелищем. Неясным оставалось, кто бы мог меня с силой ударять об асфальт, но мясо я ел с удовольствием.
С Женечкой я познакомился много позже, зайдя случайно на какой то корпоратив в поисках туалета. Она стояла, одетая в легкую сумочку, размером с бумажник, алые ногти и маленькое платье на высоких шпильках. В руке она держала бокал мартини. Изящно и кокетливо свернув голову набок, она смотрела куда то внутрь меня, сфокусировавшись где–то между переносицей и пахом и грудным голосом спросила: Хотите я угощу вас вишенкой? Конечно я хотел. И у нас закрутилось.
Перед вами первый и самый старый набор серии. При сборке не все детали могут подходить друг к другу. В этом случае рекомендуется трижды осенять себя крестным знамением или использовать напильник.
Вначале Сам сотворил инструкцию по сборке. На первой странице отпечатал рецепт неба, на второй – схему земли. Создал альфа-версию.
Крокодил не ловится, не растет кокос. В инструкции явная опечатка. Нужно все разбавить водой и заселить протогастарбайтерами.
Чтобы не париться более с водоснабжением, Сам оснастил бета-версию опцией круговорота воды в природе. И да забулькает все!
В детстве я приходил к железной дороге, садился на тёплый пригорок и наблюдал, как мимо стучат поезда. Как я завидовал находящимся там людям! Мне казалось, что люди из этих поездов и правят миром. И пока я сижу на пригорке, они всегда на пути между прошлым и будущим - там, где прошлое надоело (или забыто), а будущее тревожит несбыточными надеждами… И мне очень хотелось попасть в этот промежуток «настоящего», узнать, куда это все едут, самому ехать вместе с ними.
Железная дорога подобна океану: никогда не знаешь, что именно выбросят волны под ноги. Подобно этим самым волнам, на мой жизненный путь выбросило одного странного парня по имени Александр.
Принцесса! Прин-цес-саааа! - заорали под окнами. - Прекрасная принцесса здесь живет?
Она раздраженно вздохнула и высунулась из окна: - Чего тебе?!
Внизу стоял принц. Обыкновенный прекрасный принц, конь в комплекте. Принц задрал голову: - Принцесса, говорю, здесь живет?
Она поморщилась и заорала в ответ: - Нет ее! Гуляет во полях, да во лесах, цветы собирает. Завтра приходи!
Принц внимательно посмотрел наверх, потом вытащил кусок пергамента и сравнил рисунок с белобрысой головой, которая сейчас торчала из окна: - Я тебя узнал! Ты же принцесса, зачем обманываешь?!
-Что же ты, моя старушка, приумолкла у окна?! - Неожиданно гаркнул Саша в ухо Арине Родионовной. Старушка от неожиданности подскочила и стукнулась головой о подоконник. - Бл@дь Сашка! - Заорала она. - Я тебя прибью один раз за шуточки такие! - Гагага. - весело засмеялся довольный Саша. - А че ты спишь весь день? Давай ебн... эээ... Выпьем с горя. - Поправился он. - Где же кружка? - язвительно подъ@бала Арина Родионовна, держась за вскочившую шишку. - В смысле? - Я к тому что выжрал ты вчера все. Я говорила - оставь на утро. Куда там... - Что - вообще ни капли не осталось? - Ошарашено спросил Пушкин. - Ни капельки. - Отчеканила старушка. - Да и вообще вязать тебе надо. Ты посмотри чего ты пишешь вообще. - А чего я пишу? - Угрюмо буркнул поэт.
Это была самая обычная рюмочная на окраине города в рабочем районе. Забегаловка, ганделык, шалманка. Шесть столов, накрытых клеёнкой в цветочек, потёртые стулья, кафельный пол, тюлевые шторы на окнах. За стойкой, из-за блюд с бутербродами выглядывала дама предпенсионного возраста, эдакая бандерша, взгляд которой поставит на место любого зарвавшегося алкаша. За одним из столиков четверо нетрезвых пролетариев тихо спорили о каких-то фланцах и шаге резьбы. Олег брезгливо окинул взглядом помещение и рефлекторно подался к выходу, но Валера остановил его и подтолкнул внутрь. Усадил за стол, расправил складочку на клеёнке, сдвинул в бок солонку и банку от «Нескафе», на половину забитую окурками. - Это что? – Олег удивлённо озирался. – Что мы здесь делаем? Ты с ума сошёл? - Расслабься, - Валера закурил, выпустив клуб дыма в потолок. - Что значит расслабься? Я в худшие свои времена обходил такие гадюшники десятой дорогой. - И очень зря. А я тут раз в неделю завтракаю. Кстати, тут пельмени ничего, салатики съедобные, а бутерброды с бужениной – пальчики оближешь. И водка не бодяжная. А утром народа не много. Ну, что, давай, по пиву для начала, пока пельмени приготовят. - Я никаких пельменей есть не буду. Дизентерии мне не хватало. Мы что, проехали весь город, чтобы здесь травануться? – Олег попытался встать, чтобы уйти, но Валерий придержал его за рукав. - Ну, не хочешь есть – не ешь. Пиво хоть попьёшь? - Ну, ладно. Пиво можно.
